Еще пока я был в России, моя сестра – она младше меня и умница такая - мне в шутку писала, что даже если меня не возьмут на работу инженером, (намекала, значит, что по возрасту меня могут зарубить), то я всегда смогу устроиться тараканщиком и что зарплата у них хорошая. Я и забыл про это и целых три месяца жил себе у них, пока ее муж, американец, не заявил, что пора мне это безделье прекратить и устраиваться на работу.

К этому времени я все еще не отличал слов в обычной английской речи, т.что нечего было даже и мечтать об инженерстве и мы пошли с сестрой по тихому богатому району, где они жили, и где время от времени даже разгуливали олени, а жили они в таком богатом районе потому, что ее муж был, представьте себе, юрист. Я, правда, не понял – ну и что ж, что юрист, но, может он какой-нибудь особенный. Сестра стала представлять меня соседям и рассказывать, что я ищу работу садовником. Меня пригласили некоторые из них ухаживать за их садом, благодаря тому, что уважали ее мужа.

Месяца через три их сады пришли в некоторый упадок, а я, хоть и немало пропахал у себя на даче, но кто же знал, что тут растения такие привередливые и постепенно, один за другим, очень, правда, вежливо, господа богатеи мне почти все отказали.

Муж сестры вскоре сделался совсем нервным и сестра стала разговаривать со мной шепотом, обьяснив мне, что в плохом настроении он с трудом переносит русский акцент. Я все еще не понимал куда она клонит, но потом она прямо мне сказала: - Тебе, - говорит, - Мишенька, надо бы в город переехать, там гораздо больше возможностей для устройства на работу и квартиру легко снять. Так вот сразу и на работу и из дома. Да, не ожидал я от нее такого. Только что ж поделаешь, поехал в город. Потолкался по разным местам и вдруг – бац, мне в бюро по трудоустройству предлагают как раз на тараканщика...

Сестра, правда, всучила мне деньги, чтобы я квартиру снял. А муж ее даже расщедрился и свою старую машину подарил – у него их три было. Ну, черт с вами, хотите, чтоб убрался – пожалуйста, хотя я бы лучше при них жил – спокойнее как-то со своими. И вот я живу в городе и меня обучают на работе тараканному делу. Сначала курсы по технике безопасности, потом с одним мужиком неделю разъезжать по адресам, а там уж меня одного выпустили... И стал я потихоньку привыкать к этому делу и даже может это и смешно, но дело-то это очень хорошее оказалось и оплачивается не хуже даже, чем некоторым инженерам платят. А главное, я почти сразу стал очень хорошо справляться с ним и никто мне не говорит, что я чего-то напортил или какой-нибудь проект загубил – нет, совсем наоборот, все мною довольны и теперь даже премии регулярно платят.

А хитрость заключается в том, что, во-первых, работа тараканщика – это больше работа с людьми, а не с тараканами. Многие этого не понимают и потому им с такого хорошего места приходится уходить. А я вот своим умом дошел до этого. А, во-вторых, повадки тараканов тоже понимать надо, а не просто отраву распылять куда попало. Но самая главная смекалка нужна, а она очень редко у кого случается, чтобы отравы лить столько, чтобы видно было, что они дохнут в больших количествах, но а совсем чуть-чуть надо оставлять для рассады, а иначе так всех клиентов растеряешь. Зачем же им тараканщик, если у них истребить их всех? Но это понимание ко мне, конечно, не сразу пришло.

У меня теперь есть несколько многоквартирных домов, которые я обслуживаю, их я люблю больше всего. В этих домах нужно иметь дело не только с людьми, но и с управдомами. А они иногда поглавнее самих жильцов бывают. Есть очень строгие и проверяют каждое мое движение, и ходят за мной по пятам и смотрят, как бы я у жильцов чего-нибудь не упер. Этих я не очень люблю. Еще есть ленивые, а может они просто стеснительные, Бог их знает, они стесняются меня проверять и остаются за порогом квартиры. А есть одна, я точно знаю, что и боится, что я что-нибудь упру, но и не заходит – отравляться не желает. Ну, бывают же такие глупые люди – я ведь каждый день этим дышу – и ничего! Обычно, те, что все проверяют бывают аккуратные и про мой приход не забудут и ключи у них ото всего есть, как говориться, нет худа без добра, а те, другие – наоборот, суетятся, двери открыть не могут, ключи на другой номер повесят, потом тыкаются, матерятся. Одним словом, в каждом управдоме что-то свое.

Одна такая дамочка очкастая, средних лет всегда минут на 15-20 опоздает. Черт ее знает, почему ей именно в это время нужно куда-то уйти, но я в голову не беру, ну посижу в своем грузовичке, радио послушаю – люблю мексиканские песни, они чем-то душевней, как русские! Она прибежит (Бетси ее звать), запыхается, вспотеет вся, ну ей Богу, жалко смотреть! Извиняется и клянется, что в следующий раз не опоздает. Ну, я уж ей не верю. Росомаха, а не баба. Надо как-нибудь к ней клинья подбить... а может и не надо, она вдруг надоест, а на поливку все равно приходить придется, может получиться неприятность.

Но самое интересное это жильцы и их квартиры. Вот это каждый день спектакль! Чего-чего только не насмотришься! И баб голых сколько раз видал и сколько предлагали телефончик и все такое! Мужиков голых тоже повидал, ну этих я просто ненавижу, брезгую даже притронуться у них в квартире к чему-нибудь. Потом всякие калеки и уроды, что в доме безвылазно сидят – в страшном сне таких не увидишь! А один раз ввалился в ванной поливать – а там вообще кто-то повесился! Я даже не разглядел кто, как заорал, как вылетел, управдом побежал в полицию звонить! Сразу суматоха такая, я кричу ему вслед, что как же другие, неопрысканные квартиры, а он на меня так посмотрел и даже не ответил ничего. Напугался. Я потом в свое собственное свободное время эти квартиры распылял – не страдать же людям, ну и что, что кто-то там повесился. Мне потом зарплату за это повысили, т.к. управдом позвонил начальству и сказал, что вот я пришел, а он мне за лишний раз платить не намерен – не понял, что я за так, в свое свободное время пришел... Есть некоторые люди, к которым вообще кроме меня никто не приходит – старики, например, так они ко мне, как к родному – и говорят-говорят – не остановить, за весь месяц наговориться хотят, а под конец еще гостинцев всяких дают – русские напекут что-нибудь, китайки все такое мелкое, воздушное что-нибудь всучат, даже не всегда поймешь что за зверь такой, венгерка одна овощи хорошо в томате делает, всегда мне в баночку заранее приготовит, только просит вернуть баночку потом и очень сердится, если я забываю. Да еще часто фрукты дают и конфеты к чаю, но больше иммигранты угощают, чистые американцы - никогда. Так, что иной раз можно и не покупать себе в магазине, так перебиться, а это тоже не мало, здесь еда не дешевая.

Потом я люблю наблюдать, как вообще люди живут, что у них в доме, какие вещи. Иногда даже можно понять, как люди друг к другу относятся. Одна такая росомаха из Баку с дочерью живет, так она всегда в ночной рубашке выходит, на велфере сидит. Груди у нее, как два футбольных мяча по сторонам болтаются, да и сама она необъятная. И так вроде была бы женщина, как женщина, но только она так на свою дочку маленькую орет, такими неприличными словами, что даже меня передергивает! Сразу видно, что мужа у нее нет и никогда не было. В ее квартире я как раз не распыляю, а таким карандашом мажу – у дочки ее астма, так им даже в их отсутствие распылять нельзя, так нам, по крайней мере, на работе сказали.

А вообще, главная хитрость в нашей работе – это распылить побольше на мотор холодильника, господа тараканы любят на нем нежиться – тепло. А вот холода они терпеть не могут, в старину, говорят, избы нарочно от них промораживали в зимнюю погоду. Вот что интересно, так что такое клоп здесь никто не знает. Сколько здесь живу – ни одного не видел. Даже попытался у начальства поспрашивать, объяснял им, как мог, что это за клоп такой – не поняли, видать, что нету у них. Ну и слава Богу, я их не люблю.

Старик тут один вчера помер, Сэмом его звали, наверное, под девяносто лет. Он, конечно, пожил свое, но все равно его жалко. Он всегда мне какое-нибудь доброе слово скажет, а то и анекдот какой-нибудь вдруг вспомнит, но только нас с управдомом никогда к себе не пускал. Бедный он был очень – оказалось, он газом квартиру отапливал от плиты, так вся его квартира за много лет так закоптилась, что управдом чуть сам дуба не дал, когда мы к нему, наконец, вчера вошли – вся черная от пола до потолка. Вышло так, что мы смотрим, что никто не открывает, поискали ключ, попробовали – отпирает. Вошли – а там! Господи прости! Даже не хочется говорить! Вот такая наша жизнь, даже обидно иногда бывает – он ведь не просто гриб какой-то был, работал ведь где-то человек, пользу какую-то приносил, а помер, вот и обнаружилось какая его старость неприглядная была... Может мне жениться еще, а то так тоже помру в грязище. Надо как-то подумать мне об этом.

Вот еще какая удивительная вещь в Америке обнаружилась, что половина людей без мебели живет. Такое у нас рассказать, так ведь не поверят, все же думали, что американцы богатые. Если взять один дом из сорока квартир в центре, ну в двадцати точно люди будут спать на матрасе, брошенном просто на пол. Напротив – телевизор на полу, или на ящике каком-нибудь. Носки и трусы будут по всему полу разбросаны, несколько книжек и журналов в углу, вперемешку с каким-нибудь мусором, ну, в общем, и все. Никаких сервантов и шифоньеров, иногда журнальные столики, правда, но обычно бросовые какие-нибудь. Часто тут же пластиковая посуда от китайкой еды из ресторана. Так вот люди и живут. Сестра сказала, что это в основном студенты, но нет, не только. Вот и вопрос – откуда же потом приличные взрослые берутся и как они своих детей потом воспитывают, к порядку приучают? Так по улице идешь, ведь по ним не скажешь, что у них все на полу валяется, хотя, по кому как, конечно.

А у меня в квартире вот все как положено – мы с сестрой поехали в «Левитц» выбирать мне мебель – диван велюровый, раскладной, стол полированный с четырьмя стульями и сервант купили, я, правда, много посуды не держу, так в нем и журналы мои лежат и по хозяйству кое-что.

Так что, в общем и целом, живу я очень даже хорошо. Работаю. Дома телевизор смотрю – уж на него я денег не пожалел – огроменный, на пол стенки, да еще видик купил, люблю иногда посмотреть того, чего по телевизору не покажут. У меня прямо страсть к этому, иной раз так кассеты четыре за вечер посмотрю. Какие девки! Этого вам в России не покажут! Правда, потом мне сестра говорит: « что-то у тебя, Мишенька, синяки под глазами, видно, эта работа все-таки вредная.» Ну, черт, ну какая же она вредная, даже ей не обьяснить, что ничего в ней вредного нету.

« HOME