Идея создать некоммерческую организацию «Общество тайных самоубийц» пришла Оскару в голову случайно, хотя вся его предыдущая жизнь, казалось, весьма способствовала тому. Все дело было в том, что он был на редкость несчастливым человеком, за что бы он не брался, все у него выходило из рук вон плохо. Для бухгалтерской работы он был слаб в математике, для канцелярской – невнимателен к деталям, для механической – ловкости в руках не хватало, для работы с людьми – недостаточно терпелив, и даже таксистом он оказался некудышним – выяснилось, что он плохо ориентируется в пространстве. У него и дорожных карт было полно, но он не умел их читать и с ними выходило еще хуже, чем без них. Когда Оскар устроился работать в такси, мамины подружки вскричали «но ведь это же самое дно!», заламывая пухлые руки, утыканные золотыми перстеньками и обнаруживая мокрые подмышки. Мама и так бывала всякий раз огорчена, когда ее Оскара увольняли, а тут еще «дно»! Она вообще никак не могла взять в толк: как это такого приветливого и услужливого малого, как ее сын, не хотят держать на работе?

Когда ему намекнули, что могут вскоре уволить из-за аварий, проблем с выручкой и жалоб пассажиров, Оскар совсем приуныл. В отличие от своей мамы, он понимал причину своих несчастий: просто он был до смешного неудачлив и у него ни к чему не было таланта. Иногда он задавал себе этот сакраментальный вопрос «за что?». Почему другие находят себе профессиональное применение, располагают к себе людей, нравятся женщинам, наконец, многим просто везет безо всяких заслуг: выигрывают в лотерею, получают неожиданное наследство или Нобелевскую премию. Почему же ему – ничего?! За что же его так обделил господь бог?

Вот как раз тогда, когда ему предложили задуматься над тем, как улучшить свои производственные показатели в такси, он наконец понял, что дальше некуда и что ответа на свои вопросы он не получит. Ему стало ясно, что нужно выбрать один из известных путей: продолжать тупо биться в закрытые двери или гордо повернуться и уйти. Поскольку Оскару казалось, что первый путь он исчерпал, то получалось, что оставалось только одно – покончить с жизнью. Однако как это сделать Оскар не знал и имел все основания подозревать, что и это у него хорошо не получится, и потому не спешил ни вешаться, ни стреляться.

Вообще-то Оскар, как это ни покажется странным, был человеком весьма смешливым и смеялся часто и с удовольствием. Нужно сказать, что смех его был в точности, как ослиное ржание, так что новые соседи спросили у мамы, как они помещаются в двухкомнатной квартирке втроем. Мама была возмущена, считая это низкопробной шуткой. Оскар и сам любил пошутить, хотя не все его юмор понимали, мама, например, терпеть не могла, когда он засовывал ей муху за воротник.

Оскар был как раз тем самым человеком, который вопреки народным мудростям, которые он так любил повторять, буквально рубил сук, на котором сидел, и семь раз отрезал, прежде чем один раз отмерить. Речь его пестрила крылатыми фразами из старых анекдотов и популярных мультфильмов (он мог смотреть их сотни раз и они никогда ему не надоедали), ему и самому было смешно их вспоминать и он заливался смехом, неизменно удивляя собеседника, как ему удается так похоже копировать осла.

Оскар был лысоват, но зато у него произрастали два густых пучка волос по обе стороны лба, придавая ему сходство с известным мифологическим персонажем, тому так же способствовали сутулость и отвислый животик, волосы, растущие из крупных ноздрей и ушей.
Одежду он выбирал себе, как нарочно, нелепую, которая только усугубляла общую неказистость, хотя, казалось, что это уже невозможно.

Оскар всегда понимал важность образования и читал всякую научно-популярную литературу в свободное время, правда, он говорил, что у него «в одно ухо влетает, в другое вылетает», но все же полагал, что это чтение способствует его общему развитию и когда-нибудь даст результаты. Так, однажды, он прочитал «Психологию для идиотов» (он любил эту серию: «Налоги для идиотов», «Выбор профессии для идиотов», «Домашние животные для идиотов»и т.д.) Больше всего ему понравилось про тайных самоубийц. Статья эта очень его впечатлила. Он ее, конечно, не запомнил, а книгу, как водится, вернул обратно в магазин, но общее впечатление осталось такое, словно ему был указан новый путь. И не обязательно в том, как именно покончить жизнь самоубийством, а даже нечто большее.

Поначалу его только удивило разнообразие способов, никогда бы он не подумал, что прыгать с парашютом, лазать по отвесным скалам или спускаться на плоту по бурной реке – это тоже виды самоубийств, только элегантные, нескучные. Выяснилось, что многие люди, занимающиеся подобного рода опасными видами спорта даже и не думают о том, что они самоубийцы, но подсознательно жаждут погибнуть.

Статья эта дала Оскару толчок для дальнейших размышлений. Вот, к примеру, старичок, торгующийся с грязной проституткой на углу Оллдрек и Буш, он – самоубийца? Конечно, - радовался Оскар своему открытию, - ведь он прекрасно понимает сколько опасностей таит в себе такое приключение, не говоря о смертельных болезнях, он может быть просто убит ее приятелями за несколько долларов в дырявом кармане. Зачем он это делает, ведь трудно предположить в таком почтенном старце неудержимую любовную прыть, а очень просто – это заманчивый выход из его пустой жизни, лучшая дверь из тоскливой, пропахшей лекарствами и мочой, квартиры.

Даже не стоит брать банальных наркоманов и алкоголиков, планомерно добивающих себя «субстанциями», тут и так все понятно. Понятно, что и та же проститутка – самоубийца, разговоры о том, что она по молодости чего-то там не знала, вставая «на тернистый путь», пусть останутся для класса полового воспитания школьников. Необразованность и тяжелое детство – это как раз повод, а не следствие, для того, чтобы уйти из жизни при помощи того, что ей нравится делать больше всего.

Загадкой для него оставались моряки и летчики: молодые, красивые и с виду благополучные – можно ли и их считать «членами клуба»?
Таксисты, - не сомневался теперь Оскар, - через одного самоубийцы, им даже мало просто гоняться по фривэям за смертью, вылетать на перекресток на красный свет или встречную полосу, они еще добавляют и не такие изысканные способы между сменами.

Каскадеры – явные самоубийцы, которые хотят еще и хорошие деньги получать за удовольствие красиво уйти из жизни. Журналисты – еще хитрее. Деньги, известность и уважение за то, чтобы поймать шальную пулю или быть казненным террористами с демонстрацией по Эль Джазира – это ли не мечта каждого уважающего себя самоубийцы! Или вот еще чудесный, элегантный способ – снимать документальный фильм о диких животных или о путешествиях в страны третьего мира, гладить гризли, наступать на хвост крокодилу, брать интервью у Бен Ладена.
Но для этого нужен талант, а у Оскара его не было.

Странно, что теперь, когда он сделал столько открытий о том, как покончить с собой, о себе и своих неудачах он думал гораздо меньше. Представить только, сколько на свете «наших»! Он и раньше понимал, что он не один такой, но то, что «нас так много», делало его почти счастливым! Теперь вовсе не нужно было оказаться один на один с острой бритвой или намыленной веревкой, с чувством стыда перед матерью за беспорядок и расходы на похороны, после чего – пустота. Теперь матери достанется страховая премия и светлые воспоминания, никто ведь не докажет, что он хотел покончить с собой, прыгнув, например, с парашютом.

Пока он обо все этом раздумывал, один знакомый научил его как бесплатно сделать свою страничку на Интернете и первое, что Оскар написал на ней, было «ОБЩЕСТВО ТАЙНЫХ САМОУБИЙЦ. Всех желающих высказаться на тему о самоубийствах просим принять участие».

Ему пришлось поначалу трудно, ведь с компьютером он тоже, как он выражался, «не дружил». Нужно было просить знакомых, дело двигалось медленно, но однажды он бесплатно подвез соседского мальчишку, который опаздывал на экзамен, вот он ему и помог. Парень загорелся, когда узнал главную тему страницы, и даже выразил желание вести отдел для детей и подростков. Вскоре на сайте появилась крупно фотография Оскара, под ней, в еще более популярном, чем в «Психологии для идиотов» пересказе, статья о скрытых самоубийцах, далее - биография самого Оскара с полным перечислением всех неудач его жизни, начиная с того, что на свет его тащили щипцами и несколько деформировали правый глаз и левое ухо, и в конце, жирным шрифтом, о том, что он ищет хороший, элегантный способ со всем этим расстаться, не обременяя маму излишними хлопотами, и если кто желает высказаться по этому поводу, рассказать об известном ему способе или о неудачных попытках (что тоже немаловажно знать), то он приглашает зайти в свой форум, путем кликанья на светящийся девиз «достойникам ;о) – достойная смерть!» Наилучшие и наиболее поучительные рассказы будут напечатаны на первой странице по мере их поступления. Мелким шрифтом под этим был приписан его домашний телефон (не без умысла) – Оскару хотелось живого общения.

Что тут началось! Мама всполошилась, что теперь ее славному Оскарчику звонят и денем и ночью и она стала донимать его расспросами, она ведь знала, что у сына нет друзей. Кроме того очень многие стали ошибочно набирать их номер, то спросят «клуб самоубийц», то «телефон доверия», а на днях и вовсе спросили, не морг ли это! Такой кошмар сделался, что пришлось все маме объяснить. Она ничего не понимала, а только причитала: « Оскарчик, золотце мое, апполончик мой ненаглядный, не смей думать ни о чем - ты лучше всех на свете!» Форум кипел страстями, количество желающих принять участие росло неудержимо, так что соседскому мальчишке пришлось бросить школу. Оскар вынужден был подключить еще одну телефонную линию с автоответчиком: отвечать на звонки сделалось невозможным и, когда обезумевший Оскар подумал, что может зря все это затеял, ему вдруг позвонили с телестудии и попросили назначить встречу. Они, дескать, хотят приобрести все права на его тему о самоубийцах, включая страницу на Интернете и номер телефона для контактов. Они, дескать, хотят создать «разговорное шоу» под тем же названием!

Оскар обомлел! Вот она, «Нобелевская премия»! Есть все-таки на свете высшая справедливость!

И тут же испугался, ведь он-то все тот же Оскар, у которого во всем, за что бы он не брался, сплошные неудачи! Нужно с кем-то умным посоветоваться, засуетился он, - ведь это его, может быть, единственный шанс в жизни! Он позвал соседского мальчишку, своего сменщика по такси и знакомого программиста, а мама – соседей и подруг. Что тут началось! Все кричали, перебивая друг друга, брызжа слюной и роняя вставные челюсти, войдя в раж, таксист чуть не побил программиста, но как же, на самом деле, нужно себя «с ними» вести, осталось неясным, только одно выражение запомнилось, что «нельзя уступать», что бы это не значило.

Иногда он думал, что нужно требовать десять тысяч долларов, а иногда доходил в своих фантазиях аж до двадцати! Страшно было подумать, сколько всего можно было бы купить на такие деньги! Маме – туфли - раз, микроволновую печь – два, себе – шикарное стерео – три, дальше этого он не шел.

День переговоров прошел, как в тумане, дамочка ошеломила его своими ногтями, каблуками и дезодорантом, и он уже ни о чем не думал, «хитрить и что-то комбинировать, когда тут такая интеллигенция, просто смешно, - думал он. Они сами все оформят в лучшем виде». Когда ему предложили сто тысяч, Оскар изумился своей проницательности и был готов все подписать тут же, но оказалось, что не все так просто и что над договором будут работать их и его (?) адвокаты, на что Оскар уверил представительную даму, что нет у него никакого адвоката и что если ее компания действительно собирается дать сто тысяч, то ничего такого и не нужно.

Тянулось это дело убийственно долго, так что Оскар уже ничему не верил и, отчаявшись, перестал отвечать на вопросы – все те, приглашенные однажды обсудить, как Оскару вести себя «с этими акулами», чувствовали себя непосредственными совладельцами оскаровой идеи и требовали держать их в курсе дела. Когда же Оскар, спустя год, получил, наконец, деньги, то был так всем этим утомлен, что ни сколько не стал сопротивляться, когда мама решила, что каждый из них должен получить по тысяче долларов. Всего участников было одиннадцать, таким образом, одиннадцать тысяч уплыли в первые же дни и одиннадцать кровных врагов Оскара и его мамы зашагали по земле, считая себя глубоко оскорбленными унизительно мелкой подачкой. Затем мама пожелала отправить пять тысяч единственной тете в Буэнос Айрэс, да вдруг оказалось, что они должны тридцать процентов от всей суммы государству в виде налогов, в то же время они уже оказались должны десять тысяч маминому дантисту и двадцать за операцию по вшиванию натуральных волос в лысину Оскару, и от всех денег остался пшик.

Привлекательным Оскар все равно не сделался, при этом чувствовал себя еще более несчастным, чем до них. Это тогда он думал, что ему нечего терять, но тогда у него была своя страничка, одиннадцать друзей семьи и, как оказалось, какая-то надежда. Теперь это все было отнято, в душе пустота и никаких перспектив. «Зато теперь я знаю много хороших способов как убить себя», - горько усмехаясь думал Оскар. У него сохранились адреса электронной почты первых энтузиастов его форума, некоторые из них еще были живы, он написал им что его жизнь «опять пошла коту под хвост» и они ответили ему более или менее одинаково, что он мог бы получать постоянно гигантские деньги, если бы нанял адвоката и правильно оформил договор, а один сообщил, что шоу имеет небывалый рейтинг и каждый, кто хоть какое-то отношение имел к покупке идеи, уже стал миллиардером. Многие, разобравшись, как обмишулился Оскар, нарочно преувеличивали заработки ведущей, писали, будто она купила Боинг для личного пользования и один из Бермудских островов. Только одна участница, под псевдонимом «Киска», написала, что очень ему сочувствует, что она чрезвычайно ценит оскаровы ум и красоту и «в упор не может взять в толк, с чего это ему так не везет?!» Оказалось, что она бы вылетела сейчас же для обсуждения его проблем, но для этого Оскар должен прислать ей гостевую визу, а иначе ей не выбраться к нему из Украины.

На фотографии, которую она ему послала, пышная дебелая блондинка неопределенного возраста возлежала на плюшевом диване, позади которого красовался рисованный гобелен с тремя медведями в дремучем лесу, рядом на тумбочке стояла ваза с букетом бумажных гвоздик. Оскар уже ничему не верил, но приглашение послал, и не только ей, а и членам ее семьи, чтобы она не заподозрила его в нечестных намерениях. Оказалось, что они собираются приехать уже через месяц.

Они с мамой стали лихорадочно готовиться к приезду гостей, делать ремонт, закупать кое-какую мебель и посуду, а Оскар даже сумел устроиться на работу – в Мак Дональд гамбургеры переворачивать. Удивительно, но ровно в назначенный день явилась Киска с дочерью восемнадцати лет, пожилой мамой и кузеном, молчаливым мужчиной средних лет, отличавшимся невероятно громким храпом. Они заняли спальню Оскара, стали печь «блинтс» и варить «борщт» каждый день, дочь записали в школу, в двенадцатый класс, а кузена устроили в русский магазин с зарплатой «из под стола», мать проводила все время в кресле на балконе, кушая семечки, а Киска и Оскар подали заявление в мэрию.

Оскар не верил своему счастью. Он старался ни о чем не думать, повинуясь общему ходу событий. Ему нравилась его новая семья, он так до конца и не смог поверить, что эта роскошная женщина когда-нибудь будет принадлежать ему. Он старался как можно четче выполнять ее указания, чтобы она хотя бы до свадьбы не обнаружила, что он растяпа. Он написал специальное письмо-клятву, где обещал, что будет выполнять любые ее желания до самой своей смерти, и если когда-нибудь, хоть в чем-нибудь перед ней провинится, то тут же станет трудиться не покладая рук чтобы все исправить, и они будут жить дружно и счастливо до конца его дней.

И так оно и вышло, потому что очень скоро после свадьбы Оскар записался сразу в три клуба – парашютный, горнолыжный и альпинистский.

« HOME